Царь голливудский ("Царство небесное")

(c) К.Тарханова, Фильм.Ру

Кому не понравится "Царство небесное" /Kingdom of Heaven/ (2005)? Ну, кто падок на ложную многозначительность "Матрицы" /Matrix/, эффектную тупость "Властелина колец" /Lord of the Rings, The/, ворованный гламур "Трои" /Troy/ (2004) – или всем, кто живет обманом. Остальным – кто привык платить за то, что покупает – "Царство небесное" должно прийтись по душе. Оно по всем статьям добротное: постановочно, исторически, исполнительски, умственно. Не продается вдохновенье, но рукопись Ридли Скотта продажна в хорошем смысле. Все-таки Ридли Скотт, так что даже Орландо Блум у него перестал быть похожим на педераста.

Только в самом начале фильм переборщил с компьютерами: ну, видно, видно в северных пределах дорисовку и домакетку в качестве фона к рыцарям, скачущим к кузнецу. Может, снег вовремя не пошел и море не забурлило, но перерисовали. Зато потом, сколько ни вглядывайся в самых задних воинов в битвах – не мультипликационная там массовка, и песочек в пустыне не павильонный. Мессина могла быть такой и Голгофа могла, и Керак, и Иерусалим. Это похоже на настоящее, это кино, в нем спецэффектов ровно столько, чтобы их не заметить. Даже в драматургии, где свободных мест не так чтоб очень, отдельные эпизоды отданы обыкновенной настоящей работе. Как кузнец кует в кузнице и что такое мехи – как все должно выглядеть. Как, став бароном, кузнец в Палестине копает колодец и строит водозабор – деревянный, с подробностями, по правилам. Мелочи, а говорят о вообще натуральном подходе. Но ведь рыцари барона Годфри не опознали бы кузнеца, если бы Ридли Скотт не подумал о качестве рукоятки его меча – чтоб красный камень блестел на солнце и отсвечивал на весь базар. Он блестит и отсвечивает без всякого рапида, стробоскопа и соляризации – вот сам по себе, как качественно снятый камень на рукоятке, даже в давке заметный невооруженным глазом.

Исторически Ридли Скотт также сдал себе козырей тем, что взялся за Крестовые походы. Мы учили их ничуть не лучше, чем американцы. Поскольку никто про них не написал "Илиаду", "Смерть Артура", "Песнь о Роланде", "Ричарда III", большинство в лучшем случае знает, что они действительно были. Тысячу лет назад скучающую Европу понесло в Палестину грабить и отвоевывать Гроб Господень. Какие там папы Урбаны, Готфриды Бульонские, короли Иерусалимские и вообще, сколько это всего – один поход, два, три (восемь, как оказалось) – уж только для специалистов. И вот я вас уверяю, что Ридли Скотт не нарушил не только основную историческую канву, но даже и неосновную. Все у него было во время Второго крестового похода – Саладин лет пятидесяти, молодой Бодуэн IV, болевший проказой, сестра его замужем за Ги де Лузиньяном, провокация Рено де Шатильона, позорное поражение крестоносцев при Хаттине, собственноручная казнь Рено Саладином и его же собственноручное освобождение Лузиньяна (под честное слово, которого тот не сдержал), даже защита Иерусалима именно неким бароном Ибелином. И действительно, всех жителей отпустили (за выкуп). Все это было в 1187 году.

Единственное, что в "Царстве небесном" – давно знакомая "голливудская вольность", так это: король Бодуэн умер не так эффектно, он через все вышеописанное прошел по полной, и его главного советника звали вовсе не Тиберий (за проигранную что ли битву при Тиберии?), а Раймонд Триполитанский. Ну и, конечно, что барон Ибелин будто простой кузнец – тоже плоды фантазии. Но, во-первых, если сравнить, как некогда юного Тамерлана играл старый Джон Уэйн с подведенными глазами, и все равно было хорошо, так "Царство небесное" – просто учебник истории, посильней "Гладиатора" /Gladiator/ (2000). Во-вторых, Ридли Скотт все-таки не учебник снимал, а удивленно приподнятые брови над совпадением древней истории с нашим сегодняшним днем. Потрудился взглянуть на сегодняшнюю реальность как на почти полный повтор тысячелетней древности. Как раз для этого требуется "натура" тысячу лет назад. Тогда благодаря Крестовым походам Европа впервые осознала себя единой, и это осознание для одного простого человека было черт-те какой каруселью. Сегодня – кузнец, ребенок не выжил, жена утопилась, деревня ненавидит, священника убил. Завтра – барон, замок у тебя с рыцарями, король зауважал, принцесса загляделась. Пусть так не могло быть, но это могло быть.

Тысячу лет спустя все снова грозит навернуться, Европа пока едина, несмотря на афгано-чечено-иракские войны, но для одного простого человека единство опять оборачивается черт-те какой каруселью. Кому голову отрежут, кого спасут и прославят, но на крови спасителей. И куда в такой свистопляске крестьянину податься? Кроме как в рыцари без страха и упрека, ничего пока не придумали. Рыцарь – это доходчиво, поэтому "Царство небесное" лишь преподносит моральный урок Джорджу Бушу-младшему (и кое-кому еще) и на большее не претендует. Мало того, оно знает, что, поскольку Буш-младший (и кое-кто еще) глуп, как пробка, урок заведомо не пройдет. Главное – что он прост, как правда, и нечего доказывать, занудствовать. Интерес Ридли Скотта – именно развлекаться, делать уже развлекательное кино на базе глобальной морали. И он, будучи мужиком, делает настоящий дамский роман, по-женски хороший, правильный, как Лиза Клейпас, Кэтрин Коултер и Джейн Фэйзер.

Выигрыш Голливуда всегда был и остается в том, что Эйзенштейна они, в отличие от истории, учили лучше нас. Каждый эпизод "Царства небесного" – аттракцион, остроумно смонтированный со следующим аттракционом. Красавица-покойница, урок фехтования по-итальянски, больница в Мессине – все разное и яркое, не говоря уж о том, что начнется в Палестине. Железная маска, шахматы, секс, роскошные одежды запоминаются, как трупы. Каждый покойник в кадре – отдельный эффект, а покойников после битв, сами понимаете, сколько. Бой в северном лесу отличается от сражения в пустыне так же, как от осады города. Это не "Александр" /Alexander/ (2004), где в час по чайной ложке. Воюют много и кинематографично. Ридли Скотт то найдет неожиданный ракурс для взятия ворот, то закончит стоп-кадром, так как "это никогда не кончится", то поведет войска в атаку ночью, прямо как маршал Жуков во время битвы на Одере. Любовь со смертью как-то тоже вяжется, не давит. Текст местами – аттракцион. "Он даже не в курсе, что равный никогда не убивает равного". Музыка остроумная: когда наши побеждают – староевропейская, когда ихние – вечноазиатская.

Еще отдельный эффект – редкий кастинг. Мало того, что Орландо Блум прибавил 9 килограмм, чтобы заматереть, и таки заматерел. Рыцарь, чтоб тебя, рыцарь. Но принцессу играет одна из действительно самых красивых сегодняшних актрис, Эва Грин ("Мечтатели" /Dreamers, The/ (2003), "Арсен Люпен" /Arsene Lupin/ (2004)), и в ее глазах просто тонешь. И Лиам Нисон (Годфри) как бы продлевает "Роб Роя" /Rob Roy/ (1995), что последовательно-логично, и Джереми Айронс (Тиберий) не постеснялся пойти и отойти на второй план, так что всего пара эпизодов – но мощное звездунское подкрепление происходящего. Подлинным главным героем притом, в сущности превосходящим барона Ибелина, является Саладин, сыгранный, слава богу, не покойным Джоном Уэйном, а настоящим арабом. Внеголливудский Хасан Массуд играет сирийца (армянского происхождения), и сам сириец, и именно в Сирии – супер-кинозвезда. Отрицательные герои – тоже практически не отрицательные, а несчастные. Рене де Шатильона (Брендан Глисон) даже жалко за непроходимую глупость. Но больше всего жалко Эдварда Нортона (Бодуэн IV). Его все кино заставили проходить без лица, и роль в фильмографию даже нелепо вписывать – и ничего, проходил. Потом секунду пролежал.

По сути у Ридли Скотта вышел микс "Декамерона" /Decameron, Il/ (1971) и "Цветка 1001 ночи" /Fiore delle mille e una notte, Il/ (1974). Он вышел, поскольку логика во всем, без исключения – для него не проблема. После тридцати лет с "Чужим" /Alien/ (1979), "Бегущим по лезвию" /Blade Runner/ (1982), "Тельмой и Луизой" /Thelma & Louise/ (1991) этот бывший рекламщик сам был посвящен английской королевой в рыцарское звание, и ему теперь легко. Ему легко жить, и ни один его фильм не может быть перехвален. "Царство небесное" – отнюдь не великое произведение, оно даже не может рассматриваться всерьез, это в сущности безделица, и все слова про нее – беспечные слова. Но Ридли Скотт достиг здесь гармонии, соразмерности, "золотого сечения" по кино, а гармонию бесполезно хвалить или ругать.