|
 Что кинокритики смотрят фильмы раньше обычных зрителей на специальных пресс-показах – это всем известно: иначе как бы они (мы) писали рецензии, рекомендации, отвязные ругательства, панегирики и т.п. А вот что такое зрительный зал, состоящий целиком из кинокритиков, вы вряд ли представляете: это самый трудный зал, с неподатливой, недоверчивой, прямо-таки неподъемной аудиторией. И вот именно такой зал недавно смеялся на все лады: зрители хихикали, улыбались, фыркали, гоготали, громко, много, едко, умильно, наивно, язвительно, восхищенно, шепотом (чтобы не пропустить поворот сюжета, трюк или следующую реплику). И я смеялась (или просто сидела с постоянной до неприличия улыбкой удовольствия на лице) в зале «Стрелы», где эти очень специфические зрители смотрели «Крупную рыбу» Тима Бёртона. Комедию? Но не только. Мелодраму? Иногда даже слишком. Притчу? Честно говоря, и без нее не обошлось.
Эдвард Блум всю жизнь рассказывал о своих приключениях невероятные, увлекательные, смешные истории. О крупной рыбе, которую он поймал на золотое обручальное кольцо, о том, как увидел свою смерть в правом глазу ведьмы из дома на болоте, о том, как спас родной город от обжоры-великана, о том, как выкрал сверхсекретный план в китайском штабе во время войны, о городе Мираж, о поэте-брокере, о двух певицах - сиамских близнецах… Но все эти истории жутко надоели его сыну, который разозлившись даже не разговаривал с отцом целых три года, а перед его смертью и рождением собственного сына решил хотя бы разобраться, что же из всего этого было правдой. В своем небольшом расследовании он успел почувствовать себя детективом, но не это оказалось важным.
Эдвард Блум – это барон Мюнхгаузен из штата Алабама, находчивый и упрямый, весело рассказывающий о своих подвигах и переделках. И если Мюнхгаузен из фильма Горина-Захарова говорит, что он «славен не тем, что летал или не летал на Луну, а тем, что не врет!» То про Блума можно сказать: Эдвард Блум замечателен не тем, что поймал или не поймал крупную рыбу, и не тем, что не врет, а тем, что замечательно рассказывает!
Блум (и Бёртон) рассказывает (и показывает) истории (начиная с титров) так, что чувствуешь себя ребенком, первый раз услышавшим, как можно достать самого себя из болота за косичку: увлекательно, невероятно и правдоподобно (двух часов в кинозале не замечаешь). Старый Блум (Альберт Финни) оказывается самозабвенным и трогательным рассказчиком, а молодой Блум (Юэн МакГрегор) – отличным комиком в духе Чарли Чаплина, безрассудным романтиком вроде Фанфана-Тюльпана или бескорыстным чудаком, смахивающим на Форреста Гампа. Вместе с МакГрегором (а может даже больше него) в фильме чудят и удивляют Стив Бушеми (поэт-брокер), Хелена Бонэм-Картер (ведьма), Денни де Вито (директор цирка и оборотень в одном лице). Команда (от сценариста и режиссера до компьютерных графиков) постаралась придумать такие же невероятные, как истории, визуальные трюки для их воплощения: и пусть теперь доказывают, что в Алабаме нет гигантских сомов и прыгающих пауков, прекрасного города Мираж, жители которого ходят босиком, потому что не собираются из него уходить, а де Вито не оборотень – лично я не поверю!
Режиссер оживил истории Блума и убедил нас, как тот своего прагматичного сына (смотрите фильм, подробностей не выдам), в главном: удовольствие от хорошо рассказанной истории (хорошо снятого фильма) важнее каких-то там истин и правд. И хотя финал истории получился слишком слащавым (еле удерживаемое равновесие мелодрамы и пародии на нее все-таки рухнуло), но я напомню, что Бёртон замечателен не финалами: в них он всегда рассиропливался – и в «Эдварде руки-ножницы», и в «Эд Вуде», и даже в «Марс атакует!». Бёртон замечателен историями, снятыми смело, свободно и невероятно фантазийно. И захватывающая, буйно-фантазийная «Крупная рыба» - это фильм именно такого Бёртона.
А если я чего и приврала, то совсем немного и исключительно для удовольствия от рассказа (в духе этого самого Бёртона).
|
