Есть у Бэтмена начало ("Бэтмен: начало")

(c) К.Тарханова, Фильм.Ру

Детство Летучей Мыши обернулось взрослым кино. Вместо привычного рисованно-павильонного театрально-компьютерного аттракциона "Бэтмен: начало" /Batman Begins/ (2005) предлагает реальную натуру с отдельными демонстративными вкраплениями графики и трюков. Реальные корни комиксов, место Бэтмена в жизни – вот идея последней серии. С непривычки шокирует, но: "Так в этом вся фишка", – сказала соседка-американка.

Смотреть интересно, рассказывать не надо. Будет все: век невинности, сиротка в бурю, твой дом – тюрьма, семь лет в Тибете, возвращение не по Звягинцеву, две крепости, фигаро – тут, фигаро – там, смертельное оружие, враг у ворот и послезавтра – триумф воли, победа веры. Кажется, что Нолан обнаглел. Предысторию Брюса Уэйна, известного как Бэтмен, Кристофер Нолан аккуратно собрал из потертых детских кубиков. Тысячелетняя тайная организация "Лиги тени" – чистый перепев тысячелетней предыстории последнего "Изгоняющего дьявола: Начало" /Exorcist: The Beginning/ (2004). Ее тибетская дислокация – из "Пуленепробиваемого" /Bulletproof Monk/ (2003). Журналистско-полицейская шумиха вокруг Человека-Летучей Мыши – ровно "Человек-паук" /Spider-Man/ (2002), так же как позже крушение поезда на эстакаде – "Человек-паук 2" /Spider-Man 2/ (2004), один в один. Процесс экипировки Брюса у Люциуса Фокса – классический Кью в Бондиане, от бэтмобиля до противоядия. На балах и в воспоминаниях мелькнут "Призрак оперы" /Phantom of the Opera, The/ (2004), "Волшебная страна" /Finding Neverland/ (2004), "Госфорд-Парк" /Gosford Park/ (2001). Сам факт, что сиротка Брюс Уэйн типа Аннакин Скайуокер, выросший в отчаюгу, но попавший в круг своеобразных "джедаев", выходит из него не страшным монстром Дартом Вейдером, а хорошим Человеком-Летучей Мышью – явная антитеза последним "Звездным Войнам: Эпизод III – Месть ситхов" /Star Wars: Episode III – Revenge of the Sith/ (2005).

Каждый кадр "Бэтмен: начало" именно снят "под что-то", со всеми потрохами. Тем не менее, эта эклектика, как и бедность – не порок. Она умная, то есть проведена по всем статьям, по всем линиям жизни, придавая ей слитность, чем и делается "кино". Нолан не воровал, а усердно трудился в поте, чтобы не упустить ни одной возможности подражания. Потому что, не упустив, он тем самым докажет, что мифология Бэтмена – более цельная, сильная и богатая, чем все цитируемые источники, она сама ничего не упускает. А сам "Бэтмен" как комикс – архетип всех возможных комиксов. И это получилось, поскольку парень даже себя, любимого, не пожалел. Свои высокоумные "Помни..." /Memento/ (2000) и "Бессонницу" /Insomnia/ (2002) Нолан пустил на то, чтобы действие "Бэтмен: начало" шло сразу в трех форматах – далекое прошлое, недалекое прошлое, настоящее. В монтаже времена перемешаны, как картишки ("джокер"), а интерес – проверка каждым лбом в зрительном зале своих знаний мифологии. Не пожалел Нолан также историю США. В придуманном Готэм-Сити (квази-Нью-Йорк), бывали революции (Гражданская война в Америке), провалы в экономике (Великая депрессия), добрые дяди (Рузвельт). Папа Уэйн вырос целиком из "народных комедий" Капры, современных рождению комикса ("Вам этого с собой не унести" /You Can't Take It with You/ (1938), "Мистер Дидс переезжает в город" /Mr. Deeds Goes to Town/ (1936), "Мистер Смит едет в Вашингтон" /Mr. Smith Goes to Washington/ (1939)), да и сынок недалеко ушел ("Познакомьтесь с Джоном Доу" /Meet John Doe/ (1941)). Прикольно, как все это объяснено – тысячелетним "международным терроризмом" Лиги тени, что сразу актуально, патриотично и весьма иронично ("что с комикса возьмешь").

В том же ключе Нолан нахулиганил с кастингом. Дело не в том, что Кристиан Бэйл – первый исполнитель Бэтмена, совпадающий с ним по указанному росту (188 см). Он – первый исполнитель, рискующий потеряться в голливудском бамбуке (Майкл Кейн, Лиам Нисон, Морган Фриман, Гэри Олдман, Рутгер Хауэр, Том Уилкинсон, Кен Ватанабе, Раде Сербеджиа). Бэйл сравнительно мало известен ("Власть огня" /Reign of Fire/ (2002) с трудом, чуть-чуть "Холодной горы" /Cold Mountain/ (2003), ну, и "Машинист" /Machinist, The/ (2004)), а Нолан дает ему много и крупно играть, и тот ни разу не теряется. Кривоват, но упорен в робе, смокинге и домино. Поэтому весь "бамбук" становится тоже эклектикой – как в классическом-недавно переснятом "Вокруг света за 80 дней" /Around the World in 80 Days/ (2004) играли только звезды. Но опять вместо воровства – точный расчет на американскую интуицию. Потому что в комиксе Майкл Кейн играет не только иронично-сентиментального дворецкого Альфреда, но и то, "как Майкл Кейн в комиксе играет дворецкого". "Отрицательный" гуру Нисон, отомстивший здесь Голливуду за всех своих "положительных" гуру ("Звездные Войны: Эпизод I – Скрытая угроза" /Star Wars: Episode I – The Phantom Menace/ (1999), "Царство небесное" /Kingdom of Heaven/ (2005)), Хауэр примерно в том же духе, "положительный" Олдман, явно сыгравший роль, даже усами принадлежащую Уильяму Мэйси и тоже отомстивший за "резко отрицательный" "Пятый элемент" /Fifth Element, The (1997) – это достаточное богатство ассоциаций и отношений, чтобы эклектика стала реальностью. Бэйлу даже оказывают "малоизвестную" поддержку: скромный Силлиан Мерфи из "Дискосвиней" /Disco Pigs/ (2001) (доктор Крейн) упрочил свое амплуа извращенца с ангельским личиком.

Только Кэйти Холмс (Рэйчел) кажется никакой, поскольку, в отличие от Америки, мы с ней плохо знакомы, но, что ж, задача перед Ноланом стояла потруднее, чем отвлекаться на нас. Если коня и трепетную лань впрягать в одну телегу сюжета, отношений, лиц и их биографий – это еще полбеды. Но как быть с обликом мира, с чистой видимостью, чтобы нарисованные полеты бэтмобилей под крышами Парижа и над разведенным мостом не казались вульгарней, чем абсолютно нормальный старинный особняк с дворецким и лужайкой? С обликом мира Нолан сделал две вещи. Во-первых, он предельно разнообразен, так что "качеством" для него становится не проведение того или иного стиля, а именно максимум стилей, от ампира до техно. Прикольно смотреть на сюртучки господ в экспрессе нового поколения. Во-вторых, Нью-Йорк все же спасает. Как вспомнишь трансляцию CNN 11 сентября – так в этом городе Готэме может быть все, что угодно. В чем-то "Бэтмен: начало" эстетически противоположен "Городу грехов" /Sin City/ (2005), но оно небезосновательно. На сей раз дана общая картина мира не "с точки зрения справедливости", а "с точки зрения борьбы за справедливость". То есть для Нолана как бы само собой разумеется, что справедливость есть, а чтобы такое сегодня само собой разумелось, без судорожных метаний, без эклектики не обойтись. И пусть хэппи-энд субъективен – имеет право на субъективность, если оговаривает ее. Бэтмен расправляет крылья, Джокер оставляет карту – все оговорено довольно аккуратно.

Кино получилось классное, и в этом уже тенденция. В последнее время американцы берут высоту именно в "низких" жанрах. Приехавшие в Америку три сотни лет назад ссыльные шлюхи да бандюки – люди были простые, без башни, без надстройки. Поэтому хоть какая-то философия, сила духа распространяется, не как в Европе – сверху вниз, от духовной аристократии – в массы, а наоборот, эволюционно. До чего простые доедут, то и зафиксируют ненароком, и не в эссе и трактатах, а в мягких обложках или в экранизациях комиксов. Но, если уже доехали, "простые" ни пяди не отдадут, и подобная тенденция означает введение новых территорий в ранг общего закона. "Бэтмен: начало" – новый законный тип драмы. Это вам не комедия. Пусть "нашим" его будет трудно смотреть, и многие пошлют. Мы до Европы, если доедем, то неизвестно, когда. Но с американцами теперь заведомо легко говорить о чем-то сложном: в последнее время их самое-самое мейнстримовское кино стало получаться на вполне европейском уровне философии. Все-таки здорово их шарахнуло 11 сентября.

Так, что теперь они там четко отличают благие намерения от того места, куда ими вымощена дорога. То есть вместо "добра и зла" пошли просто нюансы добра и различение грани, за которой оно иссякает. В "Бэтмен: начало" нет больше рокового злодея (в предыдущей Бэтмениане он, как правило, был самой яркой звездой (Николсон, Кэрри, ДеВито)). Ни Кен Ватанабе, ни Нисон – отнюдь не заведомые плохиши. Поначалу я вообще думала, что они – ничего себе парни. Но Америка наконец постулирует как закон, чего вообще нельзя. Вот не там свобода кончается, "где начинается нос твоего соседа", а значительно ближе. Там, где твой собственный бэтменский нос чует запах чужого страха. И ты не имеешь права спрятать нос в варежку Лиги Теней, сколько бы ей ни было тысяч лет. Твое право – только на то, чтобы запаха не было вообще. Ни в Тибете, ни в Нью-Йорке, ни в Гражданскую войну, ни в Великую депрессию, ни в компьютере, ни с бумажки, с книжки в мягкой обложке.